Мне кажется, это несправедливо. Ждешь-ждешь чего-то... Долго ждешь, рисуешь в голове картины-портреты и натюрморты: как все будет, какие польются слова, и - если повезет - песни. Как перехватит дыхание из-за фонтана бабочек, взрывающегося в животе. И в какое модное-прелестное ты будешь в этот нежданный-долгожданный миг одет. Как нежны и прекрасны будут и свет и цвет, и запах и настроение!.. А потом ты отвлекаешься и ждать прекращаешь, потому что "ну сколько уже можно!" А оно тут - бац - и наступает! А ты - просто пошел мусор вынести, или кошке любимой по-быстрому корм купить.
Или, например, так бывает: полночи работал, глотал кофе полкружками, зарывался усталой головой в ладони, грыз карандаши. И оно, важное, то получалось, то нет - по-всякому. И под утро упал бревном поперек кровати и проспал до второго собачьего скулежа. Первый - это когда еще вежливый, невнятный; а вот второй, категорический, означает, что идти гулять надо было пять минут назад. И ты, мятый, в пижамных, признаться, штанах, со вчерашнего обеда нечесаный, выходишь во двор и злишься. Конечно же злишься, как иначе? А тут - вот оно! Твое намечтанное, долгожданное - сбылось!
Пришла Весна-раскрасавица, и как только мог ты не заметить ее приближения? Ведь она звонила велосипедными звонками под окном, сливалась с запахом какой-то сладкой сдобы, долетающим из кондитерской на углу. Она прошла вчера мимо твоего окна, звонко цокая каблучками по зернистому асфальту. Ее забрасывал на своих качелях ветер - прямо в твое раскрытое навстречу рассвету окно, пока ты очень тихо спал. Она даже пробежалась легким сквозняком по твоей квартире, трогала тебя за свесивщуюся с кровати руку и щипала за нос твою собаку. Собака клацнула зубами, пытаясь поймать запах свежих булочек, и проснулась...
Ты стоишь, как ребенок, открыв рот, и смотришь в небо из белых и розовых цветов. Все вокруг такое красивое, что щиплет глаза. Все даже лучше, чем ты мечтал! И - заметь - тебе ни пришлось делать для этого своего долгожданного счастья ничего. Ты просто встал и кровати и вышел во двор: помятный, смурной и не готовый к чудесам. А весна, она же не человек. Она любит честно и чисто. Всех без исключения. Дарит свои сокровища каждому, независимо от звонкой монеты или цвета кожи. И той бабушке, что сейчас смотрит на тебя из своего окна, неодобртельно щуря глаза сквозь гераньки; и мальчишкам, визжащим во дворе; и той моднице-соседке, которая развеселилась, увидев тебя; и даже твоей собаке, которая и без весны была счастлива. А еще тебе. Тому тебе, который думал, что недостоин встретиться с ней без всяко-разных дополнительных, весьма бессмысленных условий типа модной стрижки, лаковых ботинок и... ну ты понял.
И именно сейчас, в эту минуту, у тебя случится ТА САМАЯ ВЕСНА. Которую не повторишь завтра, когда модный, или через пару дней, когда будет свободное время. Или к выходным, когда получится выехать за город с фотоаппаратом. Она, ТА САМАЯ, у тебя сейчас. А ты стоишь, мятый и сонный, протираешь очки, и смотришь в медовые облака цветов над головой, слушаешь, как поют пчелы, ругаются соседи и смеются дети... А в голове такой приятный, наполненный нектаром вакуум, и никаких - вот совершенно никаких - мыслей...

( Весна, весна на улицах... )

Интересное дело: как только мне кажется, что я все-все уже поняла про этот город, он словно поворачивается ко мне очередной незнакомой и удивительной гранью.
Набралось тут у меня почему-то всякого. Все - про людей и про город. Про улочку в самом сердце Сеула, на которой прижимаются друг к другу маленькие модные магазинчики, уютные кафешки и совсем уж крошечные лавки кукольников и сувенирных мастеров. При том - это совсем не та улица, которая сувенирная и туристическая. Это такое интересное, модное и "няшное" местечко "для своих". На входе на эту улочку стоит невидимый портал, который незаметно делает вам вжик-вжик и вы попадаете в другое пространство и время, потому что в этом районе совсем другой Сеул. Такой артистический и тонкий, наполненный приглушенными звуками незнакомой музыки, доносящейся из окна, которого не видно.
Над этим районом Сеула стеной поднимается гора, из-за чего кажется, что этим районом и ограничивается город; что он маленький, уютный и почти даже не азиатский. Здесь можно увидеть припаркованную машину, но за весь "спектакль" она так и "не выстрелит" - улица полностью отдана на откуп пешеходам. Здесь перебежками перемещаются смешно (читай - модно!) одетые фотографы. Здесь прогуливаются те самые журналисты-гурманы, которые строчат ревью про "самые вкусные городские места". Мне кажется, если сесть у окна в одном из местных кафе, то за день можно насобирать персонажей на пару-тройку романтических историй и на один комедийный мюзикл. Здесь можно подслушать самые удивительные истории, а подсмотреть - и того удивительнее...
Если бы кому-то пришло в голову посыпать эту улицу снегом, она бы стала киношной снежной сказкой. А если бы ее создал кондитер, она бы стала пряничным городком с ломким карамельным кружевом вывесок. В таком городке зачем-то пахнет елками и грозой. И даже люди передвигаются как-то плавно и легко, словно завороженные мягким светом, падающим от витрин. Городок в стеклянном шаре - переверни, и закружатся белоснежные перья. А вместе с ними - все письма с самыми заветными желаниями поднимутся из того ниоткуда, куда мы их шлем, и отправятся по совершенно точному, проверенному адресу - в Бюро Исполнения Желаний...
( +5 )

Да что ж там такое-то?..

На самом деле, про “а как там с медициной?” спрашивают единицы. Те, кто сталкивался с медицинской темой вплотную, как я понимаю. И чаще всего, конечно, вопрощающий обреченно отвечает сам себе “дорого все наверное, и круто, да?”...
Система
Первое, к чему было непросто привыкнуть, это к системе местных госпиталей. 
Итак, госпиталь или больница в корейской вариации - это поликлиника, стационар и отделение неотложной помощи в одном лице здании. Или в нескольких зданиях, расположенных на ухоженой территории с множеством скверов и с местами для отдыха пациентов. Чаще всего такой крупный госпиталь имеет в названии имя университета, к которому он приписан. Есть больницы поменьше. Они зачастую частные, расположены в жилых районах и специализируются на одном или нескольких направлениях. Их на каждый район - пачка.
Например, есть больнички, где проходят реабилитацию после “основного” лечения; клиники, где занимаются только проблемами костей, глаз, желудка и так далее. На вывеске часто рисуют яркими красками больной орган. Выглядит, честно говоря, жутко.

Вообще, рассказывать я буду о заведениях покрупнее. Про маленькие я упомянула только для того, чтобы рассказать о системе здравоохранения, которая творится в Корее.
( Ооочень много текста и несколького жутких телефоно-фоток )

Некоторые дни - как тягучая патока: крутишь ложку, а на нее наматывается все больше и больше минут... И все они сладкие, сахарные, медленные и равномерно округлые. В такие дни совершенно не важно, чем ты будешь заниматься: читать роман из прошлого века, попивая остывший чай, крутить локоны на пальце, начищать до блеска свою коллекцию сковородок или встречаться с кем-то в центре того самого, дождливого города с масляными-волшебными пятнами на асфальте. Минуты будут сладкой патокой стекать с тоненькой деревянной ложки. И ты садишься в такси - твои знакомства, и встречи, и теплые объятия, а еще бокал крепкого - все это в часе километров от дома. Ты откидываешься на заднем сиденьи, прикрываешь глаза и расплавляешься в этом плачущем городе. В городе, про который можно снять тысячу и одно кино, и все они будут о любви. О том, как не надо любить, потому что в жизни все равно случится назло и не так.
И сквозь ресницы ты будешь смотреть на этот киношный павильон, где невидимый режиссер командует декораторами и осветителями. Где каждый прохожий - герой непридуманной истории, и случиться она может только под барабанами мокрых зонтов. И плывет твой маленький мирок разномастных историй внутри такси, которое плывет в потоке разноцветных зонтиков, как оранжевая рыбка в море. Право-лево, вымазанные этой цветастой патокой мосты, фонари и бульвары. А еще минуты, что медленно стекают каплями дождя по твоим ногам. Неужели в мире есть еще что-то, кроме этого плачущего города? Города, который плачет непременно от любви.

( Еще! )

Для меня тема окон актуальна всегда. Не то чтобы я любила подглядывать, хотя все мы любим. Мне даже честно говоря, не очень интересно, что там на самом деле происходит за этими витражами и шторами, под тем зеленым абажуром и этой сиротливой лампочкой на витом черном шнуре. Гораздо интереснее придумывать истории к тому, что видишь. Это как театр. Театр теней. Иногда - немое кино. Если повезет - черно-белый фильм, кабука или комедия положений. Декорации - вот что заводит мою фантазию. Вот кажется - простое стекло, плавленный песок... Плюсуем сюда стечение обстоятельств, немного света, цвета, пару неожиданных поворотов, нелишних движений и - творится магия. Оконная магия. Если вы понимаете, о чем я...

( окошки-окошечки )

Не знаю, как у вас, а нашу Весну видимо где-то в подворотне побили и раздели какие-то хулиганы в кепончиках... Я иначе вообще не понимаю, почему она шла-шла и не дошла. У меня такое чувство, что я жду близкого человека, который живет очень далеко, в гости. Когда-то он пообещал навестить меня. А это такой человек, который держит слово. Поэтому я знаю, что он приедет - рано или поздно. Но он перестал звонить, забыл ответить на письмо, не отправил телеграмму и даже на фэйсбуке мелькает крайне редко (то есть даже напомнить о себе пресловутым "лайком" не получится). Я уже сделала перестановку в квартире, повесила новые шторы, узнала рецепт того самого наивкуснейшего пирога с яблоками... Я засыпаю вечерами, думая о том, что еще нужно успеть до его приезда: куда сходить, что найти, повесить, покрасить, помыть или забыть. Иногда ведь очень важно забыть что-нибудь, чтобы встреча вышла удачной. Думаю о том, что сделать не успею, а что стараться успеть - просто глупо. И рано или поздно он приедет, этот самый близкий человек. Куда он денется! Войдет в мой дом свежим легким ветерком, ахнет и рассыпется по комнатам на выдохе. И станет уже все равно - какого цвета шторы и есть ли они вообще. Лишь бы он доехал.
Поэтому друзья, если кто-то увидит мою Весну, вы передайте ей, что я ее жду. Она такая худенькая девушка, беленькая, как березка. У нее рыжие волосы и большие - в поллица - глаза. Она наверняка в мокрых сапожках, потому что любит прыгать по лужам. И скорее всего она что-то тихонько напевает себе под нос. Я не могу здесь написать точь-в-точь то, что именно. Но вы когда услышите, вы поймете - что это Она. Других таких радостных голосов попросту нет. У нее огромный чемодан, из которого сыплются цветы и разливаются звонкие ручьи. Вы передайте ей, что я, конечно, бываю не права, что у меня в голове вечный бардак и что я вообще... Но я же жду ее, по-честному. Любую, пусть не будет идеальной, пускай будет такой, как хочет. Пусть только приезжает, я сильно жду. Даже ночью. Даже когда совсем-совсем плохо. Даже тогда, когда на душе лето. Очень-очень...
Засим отдаю последний зимний долг. Люди на льду!
( Коньки, лед, синяя каска, смешные варежки и много красных шарфов )
А вообще сегодня был снег с дождем. Но, как говорится, перезимовали зиму, перезимуем и весну...

У меня очень интересная память. Она устроена так, что через пять лет ненужная или неиспользуемая информация затирается, а поверх нее записывается что-то новое. Я могу каждые примерно пять-шесть лет читать любимые книги, смотреть фильмы и слушать старые анекдоты - как новые. Недавно я ходила на "Notre Dame de Paris" - смотрела, как первый раз в жизни. Поплакала даже. Многие перепитии сюжета для меня были неожиданными, до мурашек по телу. Но при этом в глубоком детстве я смотрела какой-то сериал про собор Парижской Богоматери, затем перечитала всего Виктора Гюго - очень уж меня трогали судьбы всяких отверженных, замерзших, бедных и несчастных героев. Лет эдак семь назад мы с мужем раздобыли на DVD нашумевший мюзикл. Смотрели раз пять, или около того. И вот, несколько лет спустя, я иду на тот же самый мюзикл и смотрю его с удовольствием, в очередной раз впервые! Я это все к чему? К тому, что лучше один раз записать, чем надеяться, что потом вспомнишь что-то кроме запахов и цвета фонарей.
Вот, например, в центре Сеула, зимой, в то время, когда католическое рождество уже случилось, а новый год - еще нет, было очень радостно. В России все под новый год объеденены одним весельем. А тут такое было чувство, что народ просто веселится, потому что елка на центральной площади и все эти рождетсвенские распродажи, бесконечная вереница оленей и модные красные шарфы. Ну и потому что просто прикольно в холод поехать в центр города и валять там дурака, хоть и не в честь никакого праздника. Для себя, потомкам в память.
Мы приехали до заката, специально распланировав так, чтобы успеть и на "день" и на "ночь" (которая зимой случается уже в полшестого). В тот вечер к центральной площади привезли целый автобус афро-людей и они бегали все такие на позитиве. Одетые не по погоде. Черные, как головешки. Один из них запомнился мне больше других - на нем был светлый костюм из такой тонкой ткани, что просто струился на ледяном декабрьском ветру. Человек смело размашисто шагал по площади - от одного оленя аттракциона к другому, а все вокруг его фотографировали. Афро-друзья - потому что на память. А корейцы - потому что это что-то нереальное: в морозную зимнюю пору возле елки в самом сердце Кореи встретить негра черного человека!
Я сейчас почему это рассказываю? Потому что про память. Я смотрела на этого человека, который оказался в совершенно чужом городе, в явно недружелюбном климате, среди этих (прости господи) рождественских оленей... как белый медведь в зоопарке в тропиках! Смотрела я на этого медведя и понимала, что ему на-пле-вать! Ему классно, он улыбается, у него от этого контраста просто кайф. Но главное, он не пытается оправдать чьих-то ожиданий, притереться, втесаться, прикинуться своим (ага, попробовал бы он). Он просто был. Дерзко был самим собой. И это надо помнить. Мне. 

( Под катом тот самый афро-герой на олене и еще несколько зимних модненьких сеульских мальчиков и девочек. )

Вчера совершенно случайно столкнулась на улице с парочкой подростков. Они несли в руках стаканчики с кофе. Кофе был "Ice". "Весна", подумала я. А ведь всего пару лет назад признаками весны для меня были падающие с крыш сосульки, тающие сугробы и девушки, сбросившие зимние меховые панцыри. У меня на родине сейчас дуют сквозные ветры, сдувающие зимнюю сонливость, манерность и размеренность. Под этими ветрами выгибаются худые ветви плакучей ивы, что как юная девушка ждет своего избранника... Короче, холодно там. И грязь. И ночной город - это когда на улицах просто темно и все сидят в сиянии от голубых экранов и переливаются в этом свете, радуются, что "дома" и "тепло".
Я не хочу туда, но все равно скучаю. По какой-то такой ранней весенней поре, когда кажется, что "вот-вот" и "наконец-то все позади", а еще "что-то будет". Что-то неприменно будет, если не сейчас, то чуть позже. Еще буквально пара дней, несколько сот километров этого сырого хлесткого ветра, с десяток ледяных красно-синих закатов, а там уже и коты начнут кричать. А это значит, что совсем скоро случится какое-то чудо. Ну или хотя бы зацветут сады, и снова будет все как в первый раз - белые облака цветущих яблонь, новые звонкие туфельки и головокружение весны, которое лечится только осенью. Осенью, которая никогда не настанет. Весна будет вечной, потому что иначе никак! Ведь каблучки, и сады, и свежевыкрашенные бордюры, и все будет по-новому: так, как еще не бывало. Будет очень хорошо! Зацветет черемуха, рыбаки вернутся с богатым уловом, попадется интересная книга, подвернется отличная возможность, и может быть, именно в эту весну...
Между тем, фотографии совсем не про то, потому что про то можно только рассказать или почувствовать.
Ночной город. Мало, но зато.

( +4 )